29 октября 2025 года в помещении Экономического Суда Содружества Независимых Государств в г.Минске продолжилось судебное заседание палаты судей Экономического Суда СНГ по ходатайству Исполнительного комитета Содружества Независимых Государств о разъяснении пункта 4 резолютивной части Консультативного заключения Экономического Суда СНГ № 01-1/2-02 от 10 сентября 2002 года.

Палата Экономического Суда СНГ в составе председательствующего судьи Чаргыновой Т.Т. (Кыргызская Республика), судьи-докладчика Султанова Н.К. (Республика Казахстан), судьи Аминзоды З.Т. (Республика Таджикистан), при секретаре судебного заседания Равич А.В., рассмотрев в открытом судебном заседании с использованием устной процедуры рассмотрения дела ходатайство Исполнительного комитета СНГ о разъяснении пункта 4 резолютивной части Консультативного заключения Экономического Суда СНГ от 10 сентября 2002 года № 01-1/2-02 о толковании пункта 9 Правил определения страны происхождения товаров от 24 сентября 1993 года в редакции, принятой Советом глав правительств СНГ от 18 октября 1996 года, вынесла соответствующее определение.

Правовая природа тарифных преференций в отношениях государств – участников Соглашения о зоне свободной торговли 1994 года: анализ разъяснения Экономического Суда СНГ от 29 октября 2025 года

Разъяснение, принятое Экономическим Судом СНГ 29 октября 2025 года, представляет собой значимый акт официального толкования международных договоров, регулирующих режим свободной торговли в рамках Содружества Независимых Государств. Оно принято в связи с обращением Исполнительного комитета СНГ, поставившего перед Судом вопрос о правовой природе и последствиях участия третьего лица – нерезидента государств – участников Соглашения о создании зоны свободной торговли 1994 года – в хозяйственной операции, связанной с поставкой товара, происходящего из Туркменистана. Проблема возникла вследствие конкретной таможенной ситуации, когда резидент Республики Беларусь импортировал товар, полностью произведённый в Туркменистане, однако договор предусматривал выплату денежных средств в пользу польской компании, не являющейся ни продавцом, ни покупателем, ни собственником товара. Таможенный орган Республики Беларусь поставил под сомнение правомерность применения тарифных преференций, предусмотренных Соглашением 1994 года, в условиях, когда финансовое обязательство в сделке адресовано юридическому лицу – нерезиденту государств СНГ.

Экономический Суд выстроил своё толкование, опираясь на нормы Венской конвенции о праве международных договоров 1969 года, которая определяет общие правила интерпретации договоров, включая необходимость учета контекста, объекта и цели соглашения, а также последующей практики его применения. Суд также привлёк положения статей 26, 30 и 34 Конвенции, регулирующие принцип добросовестного исполнения международных обязательств, соотношение последовательно заключённых договоров и недопустимость возложения обязательств на третьи государства. Ключевым исходным элементом для анализа стало определение правового статуса Правил определения страны происхождения товаров 1993 года, которые были включены в Соглашение 1994 года и составляют его договорно-правовую основу. Суд подтвердил, что данный нормативный массив продолжает действовать в отношениях государств, которые не присоединились к более поздним актам – Соглашению 2009 года и Договору о зоне свободной торговли 2011 года.

Особое внимание Суд уделил статусу Туркменистана. Хотя Туркменистан подписал, но не ратифицировал Соглашение 1994 года, он на протяжении длительного периода применяет его положения временно. Остальные государства СНГ не возражали против такого режима, что Суд расценил как своего рода молчаливое согласие, превращающее временное применение в устойчивую практику, имеющую юридическое значение. На основании этого Экономический Суд подтвердил, что Соглашение 1994 года продолжает регулировать торгово-экономические отношения Туркменистана с государствами СНГ, не участвующими в более поздних соглашениях. Такой вывод Суд обосновал взаимосвязью статей 26 и 30 Венской конвенции, согласно которым более поздние договоры прекращают действие ранних лишь в отношениях государств, участвующих в обоих соглашениях. Поскольку Туркменистан не подписал последующие договоры, он остаётся в пространстве регулирования Соглашения 1994 года и Правил 1993 года.

Основной правовой вопрос, вынесенный на разъяснение Суда, касался того, влияет ли факт выплаты покупателем денежных средств третьему лицу – нерезиденту СНГ – на возможность применения тарифных преференций. Экономический Суд признал, что подобный фактор не затрагивает критерии происхождения товара, не регулируется Правилами 1993 года и не относится к числу обстоятельств, имеющих юридическое значение для определения режима свободной торговли. Право на тарифные преференции связано исключительно с выполнением условий о происхождении товара, характере сторон договора и направлении поставки. При этом непосредственная хозяйственная связь между производителем и импортером не является обязательной, равно как и факт участия третьего лица в цепочке исполнения денежных обязательств. Суд подчеркнул, что международное частное право, включая Принципы международных коммерческих договоров УНИДРУА и модельные акты в сфере уступки денежных требований, допускает широкое использование посреднических и обеспечительных схем, в том числе уступку прав требования, факторинг и агентские конструкции. Эти формы юридически нейтральны по отношению к таможенным режимам, поскольку не трансформируют происхождение товара и не меняют статус участников внешнеторговой операции.

В результате Суд пришёл к выводу, что участие третьего лица, не являющегося стороной договора купли-продажи и не принимающего участия в обороте товара, не препятствует применению тарифных преференций, предусмотренных Соглашением 1994 года. Такое участие не влияет на определение страны происхождения и не нарушает смысловых целей режима свободной торговли. Важно лишь, чтобы продавец и покупатель являлись резидентами государств – участников Соглашения 1994 года, а товар был произведён и вывезен с территории соответствующего государства согласно Правилам 1993 года.

При этом Экономический Суд ограничил действие своего разъяснения сферой применения Соглашения 1994 года. В отношениях государств, перешедших к правовому режиму Соглашения 2009 года и Договора 2011 года, разъяснение не подлежит применению, поскольку нормативные основания для тарифных преференций и определения происхождения товара в этих актах иные. Суд предложил Исполнительному комитету обратиться с отдельным запросом для получения толкования применительно к Правилам 2009 года, которые регулируют соответствующие вопросы в обновлённой зоне свободной торговли.

Правовое значение данного разъяснения заключается в систематизации и уточнении режима коллизии договоров в рамках СНГ и в подтверждении того, что коммерческие механизмы распределения платежей не затрагивают критерии для предоставления тарифных преференций. Разъяснение также демонстрирует консистентный подход Суда к применению Венской конвенции и формирует определённую «прецедентную» практику толкования международных договоров СНГ, что имеет важное значение для правоприменения в государствах – участниках.

Дополнительная информация доступна по адресу: https://sudsng.org/news/court-news/29-oktyabrya-2025-goda-sostoyalos-sudebnoe-zasedanie-palaty-sudey-ekonomicheskogo-suda-sng-po-vopros/